3 Имена героев

3

Имена героев

В статье «К понятию генезиса» (см. примеч. 16) мы относили к слабо детерминированным художественной системой ее элементам некоторые номинации, среди них указанные М.С. Альтманом у Достоевского, в частности имя Шидловского (имевшего большое влияние на писателя в годы его юности), данное Ивану Карамазову. Здесь важно привлеченное исследователем воспоминание Вс. С. Соловьева – Достоевский просил его непременно упомянуть Шидловского в посвященной ему статье: «Ради бога, голубчик, упомяните, – это был для меня большой человек, и стоит он того, чтобы имя его не пропало..»26 Последние слова заставляют думать, что имя одного из «братьев Карамазовых» важно было автору лично27.

Так Булгаков, можно не сомневаться, осознанно вводил в свою прозу имена двух младших братьев, воевавших в Белой армии. Сохранить их след в своем творчестве было для старшего брата, врача, а затем военного корреспондента в той же армии, но оказавшегося по сю сторону границы, под властью их общего врага-победителя, – не по доброй воле, а силою обстоятельств (из-за свалившего его тифа28), – важной личной задачей. Сначала, в первом романе, – имя более старшего из двух: это Николка «Белой гвардии»29. Любопытно, что в том же романе есть и Иван, но это имя поэта Русакова30 упоминается лишь в приведенном в романе оглавлении сборника с его стихами и в сокращении – «И.», «Ив.»; у этого персонажа был, по нашему предположению, иной прототип. Имя Иван введено во второй роман – «Мастер и Маргарита» для одного из главных персонажей. После недолгих колебаний это сделано уже в 1928 году.

Для кого такое отождествление имело значение? В первую очередь – для самого автора и – для узкого круга читателей: членов семьи и друзей31, знавших о судьбе братьев, – точно так же, как эпизоды из его рассказа, отразившего реальные киевские события 1917 года32.

Это – случаи, когда приближение персонажей к прототипам, имея биографическое значение, играет роль поступка.

Таким поступком оказался и еще один персонаж «Белой гвардии», муж сестры братьев Турбиных Елены Тальберг. Татьяна Николаевна была убеждена (и не раз говорила нам об этом), что прототипом Тальберга послужил Л.С. Карум, муж сестры Булгакова Варвары (в жене Тальберга Елене киевляне сразу узнали обаятельную Варюшу Булгакову); знакомство с его воспоминаниями (впервые введенными нами в историко-филологический оборот в 1991 году33) не оставило никаких сомнений. Дочь Карума Ирина Леонидовна Карум писала нам 12 февраля 1988 года, что Булгаков «описал Тальберга очень похожим внешне и по некоторым чертам характера на моего отца <…>, что дало повод для разговоров о том, что Тальберг и Карум – одно лицо. Но это ерунда»34. Сестра Варвара Михайловна Карум разорвала отношения с братом после публикации романа и резкого разговора на эту тему.

Упомянем случай с антропонимом, приведшим к тому же результату: С.В. Шервинский рассказывал нам, что, после авторского чтения романа еще по рукописи «пречистенскому» кругу, он, крайне недовольный тем, что фамилия легкомысленного персонажа «Белой гвардии» совпадает с фамилией его отца – известнейшего московского врача, просил автора «изменить хотя бы одну букву». Решительный отказ Булгакова привел к разрыву отношений (хотя причина, возможно, была не единственной). Вполне возможно, у Булгакова были свои вполне определенные киевские ассоциации с этой фамилией. Но и вне подобных предположений: он был крайне внимателен к выбору имен персонажей35.

В других случаях налицо – вольная игра с биографией своей и своих знакомых («мой брат двоюродный Буянов»). B.C. Листов, выявляя «автобиографическое» в «Капитанской дочке», отмечает, что «имя Акулины Памфиловны – почтенной супруги отца Герасима <.. > восходит (вот где это слово вполне уместно. – М.Ч.) к известному факту из биографии Пушкина» (как он обещал в благодарность за моченые яблоки ключницу П.А. Осиповой, носившую это имя-отчество, произвести в попадьи)36.

По тонкому замечанию исследователя, как бы далеко ни отошел писатель от того, что дало ему первоначальный импульс, – «след прообраза все же сохраняется, и художник иногда не хочет и никогда не может его скрыть»37. Понятно, что в истоке любого персонажа может оказаться некое реальное лицо, хоть и прохожий на улице. Возможно ли (и нужно ли пытаться) отделить «не хочет» от «не может»? В этом смысле «след прообраза» – часть огромной сферы рефлексии относительно «сохранности черновиков» (О. Мандельштам), сохранения в произведении следов его становления38.

Того же, по-видимому, происхождения и портретное сходство Швабрина, впервые появляющегося перед Гриневым, – с самим Пушкиным. Это – след расщепления «Шванвича, Башарина, Валуева» на Швабрина и Гринева39.

Поскольку слово «биографема» давно занято Р. Бартом, можно предложить для обозначения таких следов слово «биографизмы» (именно во множественном числе).

«Биографические» (т. е. из области генезиса), в том числе и автобиографические, обмолвки – фрагменты наименьшей детерминированности в данном произведении – могут оказаться важными для понимания «большого текста», т. е. контекста всего творчества автора. Слабая включенность в малую систему может означать (но не обязательно) сильную включенность в большую.

И может показаться, что тут-то и приближаемся мы к тайне творчества.

В детстве сильное впечатление произвел рассказанный отцом образец гимназического фольклора: человек сошел с ума, пытаясь схватить свой палец: большой палец правой руки он заключал в кольцо, образованное большим и указательным пальцами левой, – и потом мгновенным движением стремился схватить этот самый палец правой же рукой… Так Розанов надеялся, что вот-вот изобразит умственное или душевное движение, скользнувшее в данное мгновение, совершенно адекватно, безо всякой «печатности», т. е. вне «литературы». Но любая решительно выведенная его рукой строка тут же превращалась в золото литературы. Так исследователи литературы, обнаружив скрытый след биографии в творчестве, верят, что вот-вот поймают тайну претворения.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава вторая. ИМЕНА

Из книги Профессия: театральный критик автора Якубовский Андрей Александрович


Имена

Из книги Там автора Головин Евгений Всеволодович

Имена (текст-поиск)Если персонажи новой лирики, мягко говоря, непонятны, что можно сказать о ее героях, идеях, мечтах, о ее отношении к воображению, интеллекту, вдохновению? Поль Элюар как-то сказал: «Поэт — тот, кто вдохновляет, а не тот, кто вдохновлен», тем самым акцентируя


Из героев в злодеи

Из книги Эпоха Возрождения автора Лунин Сергей И.

Из героев в злодеи Каждый, кто идет в жизни собственным путем, – герой. Каждый, кто осуществляет то, на что способен, – герой… Герман Гессе Так был ли Влад Цепеш злодеем? И в какой степени привычный нам художественный образ соответствует реальному человеку? Есть ли


Подвиги героев

Из книги Сказки и легенды маори автора Кондратов Александр Михайлович


4. Сложные имена существительные

Из книги Язык русской эмигрантской прессы (1919-1939) автора Зеленин Александр

4. Сложные имена существительные Имена существительные, созданные способом словосложения, распадаются на две больших группы: 1) со значением лица (nomina personae); 2) неличные имена (nomina inpersonalis). Личные имена составляют значительную часть сложных слов, эта группа была актуальна


5.1. Имена существительные

Из книги О Берлинской школе [Тихая революция в европейском кино] автора Ратгауз Михаил

5.1. Имена существительные В конце XIX – начале XX вв. в русский язык вошло небольшое количество составных наименований, которые семантически можно разделить на такие сферы: 1) спортивные, музыкальные термины, понятия: джиу-джитсу, лаун-теннис, ту-степ – «американский


5.2. Имена прилагательные

Из книги Славянская энциклопедия автора Артемов Владислав Владимирович

5.2. Имена прилагательные Составные имена прилагательные являются активным лексическим компонентом эмигрантской публицистики. На рост составных наименований одним из первых указал А. Мазон, приведя в своей книге обширные списки новых производных, пополнивших русский


3. Прецедентные имена

Из книги Тень Мазепы. Украинская нация в эпоху Гоголя автора Беляков Сергей Станиславович

3. Прецедентные имена В группу прецедентных имен включают индивидуальные имена, связанные с известным литературным текстом (Колобок, дядя Степа, Обломов, Тарас Бульба, Печорин, Онегин), или реальной/мифической ситуацией, выступающей как «прецедентно-порождающая» для


Имена

Из книги Средневековая Европа. Восток и Запад автора Коллектив авторов

Имена Ангела ШанелекКристиан ПетцольдТомас АрсланКристоф ХоххойзлерВалеска ГризебахУльрих КёлерМарен АдеМария ШпетДоминик ГрафБеньямин ХайзенбергХеннер ВинклерПиа МарэИзабелле ШтеверЯн КрюгерЭльке


Имена-прозвища

Из книги автора

Имена-прозвища Древние люди считали имя важной частью человеческой личности и предпочитали хранить его в тайне, чтобы злой колдун не сумел «взять» имя и использовать для наведения порчи (подобно тому, как использовали для этого остриженные волосы, клочки одежды,


Век героев

Из книги автора

Век героев Героический век Запорожья, запорожцев и всего украинского казачества начался во времена Дмитрия Байды-Вишневецкого, Ивана Свирговского и Северина Наливайко. Вопреки распространенным стереотипам, основной силой запорожских (равно как и донских) козаков была