Россия — кризисная точка мировой истории

Россия — кризисная точка мировой истории

Быть может, каждый народ, прошедший длительный противоречивый путь, открывает какую–то тайну человеческой истории, некоторую сторону ранее скрытых движущих сил социокультурных изменений. За этот опыт народы расплачиваются подчас громадными жертвами, а иногда и гибелью. Но тем самым человечество открывает новые грани многообразия своего существования, новые опасности, наращивает качественно новые пласты исторического опыта.

Россия не может быть понята на основе дуальной оппозиции «Восток Запад», хотя эти два полюса требуют своей социокультурной интерпретации на материалах России. Иные перспективы открываются при изучении страны в рамках оппозиции «либеральная традиционная цивилизация». Эта оппозиция носит исторический характер, т. е. раскрывает определенную последовательность времени возникновения цивилизаций. Однако эта оппозиция имеет не только диахронный, но и синхронный характер. Соотношение этих двух цивилизаций раскрывается как соотношение стран и народов, разных суперцивилизаций, отношение элементов разных суперцивилизаций в рамках одного общества, одного народа, одной культуры.

Возникновение либеральной суперцивилизации поставило перед человечеством, перед каждым народом проблему поиска своего места среди суперцивилизаций, проблему перехода между ними. Этот переход можно преодолеть различным образом. Он может быть относительно безболезненным. Но он может привести к ситуации, когда общество как бы застревает в промежуточном состоянии, оказываясь неспособным ни перейти к новой цивилизации, ни вернуться назад. Эта трагическая ситуация ставит какие–то новые, ранее неизвестные проблемы не только перед этой страной, но и перед всем человечеством. Этот переход, по сути дела, — проблема всей человеческой истории, так как речь идет о переходе между двумя основными суперцивилизациями [1], о возможности застрять на этом пути, перестать быть страной традиционного типа при неспособности перейти к либеральной суперцивилизации. Основная проблема промежуточной цивилизации это исключительная трудность совершения коперниковского переворота, т. е. перехода от традиционной к либеральной цивилизации.

В России циклические формы социальных изменений расколотого общества привели к выходу на поверхность скрытых механизмов человеческой истории, которые в этой стране проявлялись с особой отчетливостью, что входит в картину самобытности российского общества. Специфика исторического пути России привела к расколу, к чудовищному внутреннему напряжению, разрядка которого могла иметь катастрофические последствия не только для России, но и для человечества. Отсюда возникает особая задача науки — анализ механизмов перехода между обеими цивилизациями, способов избежать на этом пути катастроф, учитывая, что в современном мире они могут разрастись из локальных в мировые. Сегодня опасности, возникающие на переходе между суперцивилизациями, являются одновременно опасностью для человечества, потенциальным источником мирового конфликта. Расколотая страна, попавшая в положение «застрявшей», может стать похожей на атомную бомбу, где от соединения две части заряда предохраняет некоторая прокладка. Ее нарушение создает необходимую для взрыва критическую массу.

С момента появления либеральной цивилизации человечество стало развиваться как постоянное взаимопроникновение и конфликт между двумя основными суперцивилизациями. При этом каждая из них постоянно в явном и скрытом виде обращается к другой в поисках способов решения собственных проблем. Соотношения их культур в каждой из стран существенно различны.

В первом эшелоне стран, вступивших на путь либеральной цивилизации, прежде всего в Англии и в США, процесс вызревания новой суперцивилизации шел медленно и не без потрясений. Он не застрял на своих архаичных формах, но поднялся на высшие ступени традиционной цивилизации, чем создал условия для максимально безболезненного перехода к либерализму. Постепенно преодоление традиционализма дало возможность избежать серьезных опасных попыток повернуть назад, подавить либеральные ценности как таковые. Борьба переместилась в сферу диалога на почве либеральных ценностей. Традиционализм, разумеется, не исчез, но постепенно терял массовую базу.

Во втором эшелоне, прежде всего в Германии, положение усложнилось. Германия по своей культуре и историческим судьбам оказалась втянута в либеральный процесс. Однако ее общая отсталость в условиях серьезного внутреннего кризиса привела к чудовищному бунту традиционализма, приобретшего форму фашизма. Фашизм, апеллируя к древним, прежде всего племенным ценностям, показал разрушительную силу движения, пытающегося всеми силами найти комфортное состояние в национальной исключительности, в насилии над всем, что вызывает дискомфортное состояние, в расизме. Это движение подавило, оттеснило на задний план иные формы традиционализма. Фашизм исторически возник где–то при переходе к развитым формам западного либерализма и был, по–видимому, попыткой консервативных элементов предотвратить этот переход. Он возник в период социального кризиса западного капитализма, в период его перестройки, приспособления к системе массового производства, при переходе на более высокий и глубокий уровень всеобщей внутренней связи в обществе. Фашизм был попыткой широких масс приостановить развитие организационной революции, сохранить сложившийся уровень частной инициативы и не расширять его. Сложившиеся ценности, как казалось тем, кто составлял основную силу фашистского движения, находились под угрозой двух факторов — крупного капитала, угрожавшего вытеснить мелкое производство, и коммунизма, ставившего под угрозу любую личную инициативу, самую возможность существования организационных форм частной инициативы. Фашизм опирался на социальные слои, осознавшие связь между динамикой собственного труда и благосостоянием. В России же именно этот слой был жертвой социального переворота. Опасность фашизма, следовательно, связана не столько с промежуточной цивилизацией, хотя и при ней она существует, например, в форме черносотенного движения в России, сколько с переходом к зрелым формам либерализма.

Россия оказалась третьим эшелоном среди стран, вступивших на путь перехода к либеральной суперцивилизации, где традиционализм в результате заколдованного круга, раскола задержался на своих архаичных формах, где либеральные силы не смогли сделать свои ценности господствующими, где антилиберальная реакция привела к краху государственности, к катастрофе.

В системе этих эшелонов Россия находится в некотором центре, характеризуемом тем, что ни одна из двух суперцивилизаций не заняла в нем господствующее положение. Россия находится в кризисной точке истории. В отличие от всех других эшелонов здесь сложилось некоторое подобие патовой ситуации, когда, с одной стороны, традиционализм сохранил свою мощную массовую базу, но, с другой — столь же массовое влияние умеренного утилитаризма создало почву для постоянного культивирования либеральных ценностей, хотя и в одностороннем, усеченном виде. В России взаимное отрицание традиционализма и либерализма привело к расколу. Сложность перехода к либеральной суперцивилизации заключается в том, что для этого нужен неуклонный подъем творчества, рост массовой личной инициативы в сфере труда, экономики и социально–политической жизни, переход к новому типу воспроизводства на основе нового менталитета. При этом возникает опасность того, что будет нарушена мера деятельности по защите локальных интересов и одновременно большого общества.

Специфика первых, двух эшелонов заключается в том, что рост утилитаризма, городов, весь социально–культурный процесс обеспечил медленное приобщение всего общества к ценностям либерализма, медленно менял характер социальных интеграторов. Практически это означало, что власть постепенно, хотя и не без конфликтов, склонялась к либеральному развитию, иногда отставая, иногда обгоняя почвенный процесс либерализации. Вспышки традиционализма, прежде всего крестьянские восстания, включая знаменитую Вандею, не могли затормозить усиление либерализма, развитие срединной культуры.

Миллионы людей, которые умеют защищать себя, свои локальные интересы, одновременно осознанно совершенствуя целое, развивая государство, являются величайшим достижением западной цивилизации, выработанным в процессе длительного развития культуры, бесконечных проб и ошибок. Развитие ответственности за целое, осознание того, что государство результат непосредственного творчества миллионов, а не грозная внешняя капризная сила, мучительный процесс. Он не закончен нигде, даже в самых развитых либеральных странах. Переход стран Запада ко второй суперцивилизации сопровождался периодическими возмущениями каких–то групп, которые могли быть направлены как против тягостного и изживающего себя старого строя, так и против новой системы, которая еще не научилась в должной степени учитывать их ценности. Однако практически стабилизация в конечном итоге опиралась на растущие, пронизывающие основную массу населения ценности развитого утилитаризма и либерализма. Для средневекового Запада было характерно свободное правовое равновесие между разными слоями, уменьшение односторонней зависимости, что снижало вероятность раскола. Великая победа Запада заключалась в том, что «западные страны модернизировались в целом, всей системой переходя от эпохи к эпохе, успевая «просветиться» до низов, до санкюлотов» [2]. Это создавало путь для превращения низа в верх, для возрастающего влияния низов на власть, но уже не через восстания, а посредством либерально–демократической системы.

Этого результата нельзя достичь инверсионным скачком, уничтожением в единый миг старой власти. Правящей элите, например, в старом Китае, не всегда удавалось противостоять разрушению уравнительности. В таких случаях начинали действовать скрытые мощные механизмы, призванные восстановить прежнее положение. В качестве такого рода механизмов выступали крестьянские восстания, сметавшие старую правящую элиту и выдвигавшие новую, преданную уравнительным идеалам. Новая элита, почвенная по происхождению, получившая власть в результате крестьянского восстания, неуклонно следовала уравнительному принципу в распределении земли, в налоговой системе. Тем самым большинство населения Китая крестьянство успешно обеспечивало прочность государства, призванного хранить традиционные ценности. Следовательно, локальное творчество в моменты национальных кризисов, выплескиваясь вверх, оказывалось способным обновить правящую элиту и сохранить государственность. Это могло иметь место лишь в результате однородности конструктивной напряженности на всех этажах общества, в результате отсутствия раскола, что позволяло пастуху стать императором. Хвастовство Хрущева, что в детстве он пас гусей, имело за собой определенную древнюю историческую традицию, стремление правящей элиты обосновывать свои права приверженностью народным ценностям.

Сохранению на всех этажах общества древнего Китая единой конструктивной напряженности способствовал механизм постоянного обновления правящей элиты. Система экзаменов, требуемых для занятия официальных должностей, в принципе делала возможным для человека, занявшего первое место на экзаменах, независимо или почти независимо от его происхождения стать затем императором. Такая система постоянно укрепляла государство, стимулируя движение вверх свежих консервативных сил, что предотвращало раскол.

В России крестьянские восстания также пытались смести правящую элиту, разрушить государство, заменить его системой однотипных общин, использовать опыт казацкого круга. Однако раскол, неспособность управлять обществом, где уже получил существенное развитие новый тип конструктивной напряженности, привели к тому, что восставшие не могли интегрировать расколотое общество. Это обусловливало их поражение. В этом, казалось бы, было явное преимущество России, так как здесь выявлялась неспособность архаичных сил затормозить поступательное развитие, остановить развитие новых ценностей, что открывало путь прогрессивному развитию, просвещению, модернизации. Но одновременно и элита не могла подчинить народ новым ценностям, не могла обеспечить поступательное развитие либерального типа. Эта обоюдная неспособность усиливала раскол, приводила к росту взаимного отчуждения и страха, ненависти почвы к элитарным слоям. В результате накапливался взрывоопасный материал, что с неизбежностью приводило к периодическим разрушениям государственности.

Специфика России заключается прежде всего в том, что она пытается приспособиться к переходному состоянию, закрепиться в нем, в крайней болезненности этого процесса. Специфика России в том, что раскол, будучи результатом неспособности завершить этот переход, стимулирует, создает, формирует специфическую систему неорганических явлений (например, беспочвенность интеллигенции, хромающие решения и т. д.). Это позволяет рассматривать Россию как некоторый особый неорганический цивилизационный тип. Ее исторический опыт может служить основой для изучения опасностей перехода от традиционной к либеральной цивилизации, пролить свет на определенные процессы, протекающие и в других странах.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ТОЧКА, ТОЧКА, ЗАПЯТАЯ...

Из книги Без обезьяны автора Подольный Роман Григорьевич

ТОЧКА, ТОЧКА, ЗАПЯТАЯ... «Ротик, рожица кривая, ручки, ножки, огуречик — вот и вышел человечек...» Так поётся в детской песенке.На протяжении эволюции у человека менялся не только мозг. От пят до темени, от пальцев ног до волос на голове — всё менялось в человеке. Прежде всего,


ГЛАВА III. Европа ли Россия? Что такое Европа? — Искусственность деления частей света. Культурно-исторический смысл Европы. — Россия не принадлежит к Европе. — Роль России по мнению Европы. — Россия есть препятствие к развитию европейской цивилизации. — Пожертвование низшим для высшего; Маркиз Поза.

Из книги Россия и Европа автора Данилевский Николай Яковлевич


ТОЧКА

Из книги Техника речи автора Харитонов Владимир Александрович

ТОЧКА Точкой обычно обозначается конец предложения, но понижение тона на точке может быть разным, в зависимости от того, где эта точка стоит: в конце предложения, абзаца или рассказа.Голосовые изгибы, не подкрепленные логикой, мыслью, действенной задачей, неубедительны,


VII. Еще раз: схема мировой истории

Из книги Боже, спаси русских! автора Ястребов Андрей Леонидович

VII. Еще раз: схема мировой истории Прежде чем обратиться к современности, бросим еще раз взгляд на историю в целом так, как она структурировалась в нашем изложении. Вся история человечества делится на три последовательно сменяющие друг друга фазы: доисторию, историю и


Россия богатых. Россия бедных

Из книги Истина мифа автора Хюбнер Курт

Россия богатых. Россия бедных Начнем с гордой здравицы: русская земля богата, обильна, плодородна. А. К. Толстой не возражает, однако придерживается следующего мнения: «Земля наша богата, порядка только нет». Под этими строками хочется подписаться многим русским.Богатство


2. Истолкование мировой истории

Из книги Русский Эрос "Роман" Мысли с Жизнью автора Гачев Георгий Дмитриевич

2. Истолкование мировой истории Для начала мы должны еще раз отметить тесные отношения, существующие между богами и людьми в мифическом видении мира, присущем Гёльдерлину, о чем уже говорилось в главах и XI (разд. 3).Не только людям нужны боги, но также и боги "нуждаются" в


ГЛАВА XXIX Мифическая интерпретация мировой истории гёльдерлином и вагнером

Из книги Жить в России автора Заборов Александр Владимирович

ГЛАВА XXIX Мифическая интерпретация мировой истории гёльдерлином и вагнером 1. Сравнительный анализ Остановимся сперва на различии вглядов Гёльдерлина и Вагнера.Мысль Вагнера о том, что упадок мифа о богах должен быть выведен из распада самой сферы нуминозного, не


Прибыток бытия и точка зрения

Из книги Самоучитель олбанского [HL] автора Кронгауз Максим Анисимович

Прибыток бытия и точка зрения Итак, после зачатия женщина есть ходячий прибыток бытия — живой фалл, мужское начало, а мужчина — ходячая пустота, полость, влагалище, восприемник сигналов бытия — женщина20 12 89 Вошла жена, Светлана, бумаги и копирки у меня поднабрать


Точка отсчета

Из книги Сравнительная культурология. Том 1 автора Борзова Елена Петровна


2.1.1. Циклические концепции истории мировой культуры как круговое регрессивное движение

Из книги Культура и мир автора Коллектив авторов

2.1.1. Циклические концепции истории мировой культуры как круговое регрессивное движение Циклический подход к анализу истории мировой культуры связан с тем наблюдением, что многие процессы в природе цикличны, повторяются по определенной схеме: смена дня и ночи, недель,


Г. Личность Августина: иная точка зрения

Из книги автора

Г. Личность Августина: иная точка зрения Изложенные выше оценки личностного начала у Августина решительно отличаются от приговора, вынесенного Л. М. Баткиным[394]. Мой коллега развертывает подробную аргументацию против тезиса, что в «Исповеди» раскрывается недюжинная