«Оставьте друг другу вражды и тяготы свои»

«Оставьте друг другу вражды и тяготы свои»

Катастрофические результаты господства в обществе авторитарного идеала сделали его дискомфортным в глазах значительной части людей. Это неизбежно стимулировало новую инверсию, т. е. стремление перейти к противоположному идеалу. Однако накопленное культурное богатство может стать тормозом для резкого инверсионного перехода, создать условия для вялой инверсии, которая позволяет создавать критический барьер на пути инверсии, инерции истории. Новый идеал формировался под влиянием негативного опыта как авторитаризма, так и соборного идеала, которые оба не создали основу для предотвращения катастрофической дезинтеграции общества. Это послужило мощным стимулом для возвращения к древнему вечевому идеалу, где все элементы находились (по крайней мере в идеале) в гармоничном согласии. Однако возврат к классическому синкретизму был невозможен. Поэтому в действительности речь могла идти о формировании нового порядка из вычлененных элементов вечевого идеала.

Новый идеал, который можно назвать ранним идеалом всеобщего согласия, гармонично соединил разные слои общества. Он нес идею, что долг народа — подчиниться воле царя, долг царя — прислушаться к голосу земли. С. Платонов считал, что политика первого после Смуты царя Михаила Федоровича, «руководствовалась общественной серединой» [1]. Эта ориентация получала вполне конкретное воплощение. «Поражаешься тем вниманием и благосклонностью, с которым по крайней мере в первую половину XVII столетия встречали их челобитные верховная власть и правительство… Из 100 первых всеуездных земских челобитных, попавших нам под руку среди бумаг устюжской и новгородской четвертей, отказано было по 3, удовлетворено 76…» [2]. Это свидетельствовало о стремлении верхов к гармонии, в которой должна осуществляться Правда. Идеал получил обоснование у келаря Троице-Сергиевской лавры Авраамия Палицына (ум. 1627). Защиту от бедствий самовластья он видел в союзе государя, «царского синклита» и «всего воинства» с опорой на «всенародное множество всех чинов», т. е. на Земский собор. Дьяк Иван Тимофеев (ум. около 1631) писал, что «истинный царь лишь природный и вместе с тем избранный», избирать можно лишь «природного царя». Согласно мысли Ивана Тимофеева, несмотря на то, что Бориса Годунова допустили к «помазанию» «все люди земли», что решение собора было согласно воле народа («чадь малая»), он не был природным царем, не имел Божьей санкции. Повиноваться же следует законным царям, которые придерживаются «повеления данных Богом». В новом идеале парадоксально уживалась соборная идея выборности царя с авторитарным принципом природой данного. Тем самым создавалась предпосылка некоего «третьего» в организационных формах, снимающих крайности. Любопытно, как понимал Иван Тимофеев существо общественных организаций: городские советы, объединение их, совет «всей земли», «малое совокупление», «многолюдное собрание», «вселенский собор» — он пытался распространить новый идеал на все этажи общества. Весь идеал был пронизан пафосом соединения некоего естественного или божественного установления с определенными формами активности, социальной ответственности людей.

Новый идеал овладевал обществом медленно, как бы клиньями врезаясь в отдельные его сферы, формируясь в борьбе против слабеющего авторитаризма. Он был продуктом массового творчества, активизировавшегося в кризисной ситуации смуты.

Формирующийся государственный аппарат объединил древние общинные институты и бюрократию. Уложение 1649 года отразило существование в сфере местного управления бюрократической власти воевод и одновременно показало, что низовой аппарат «использовал институты и обычаи, свойственные общинному строю» [3]. Однако наиболее ярким воплощением нового идеала был Земский собор. Его возникновение следует признать одним из наиболее важных социокультурных новшеств в истории страны. Имеется историческое свидетельство о созыве собора еще в 1211 году. Следующий Земский собор, так называемый Собор примирения, состоялся в 1549 году в начале упадка раннего авторитаризма. Иван IV «заповедал своим боярам, приказным людям и кормленщикам» помириться «со всеми хрестьянами». Царь увещевал: «Молю вас, оставьте друг другу вражды и тяготы свои… Я сам буду вам судья и оборона, буду неправды разорять и хищения возвращать». Об этом соборе В. Ключевский писал: «Представляется каким-то небывалым в европейской истории актом всенародного покаяния царя и боярского правительства в их политических грехах» [4]. Правящая элита решилась на серьезную самокритику во имя установления всеобщего согласия, что можно рассматривать как появление элементов нового идеала еще в условиях господства авторитарного.

Существуют различные точки зрения на Земский собор. Он толковался как сословное совещание, переросшее в сословное представительство. В нем видели орган, связующий власть с народом и передающий народу волю верхов. По Ключевскому, земские соборы «являются совместными совещаниями Боярской думы, т. е. центрального правительства, с людьми столичных классов, служивших ему ближайшими ответственными органами…» [5]. Тот факт, что в земских соборах видели и орган правящей элиты, и народное представительство, говорит об особой промежуточной их роли как канала коммуникации между правящей элитой и населением, института, обеспечивающего единство. Земские соборы «в какой-то мере заменили княжеские съезды и вместе с думой унаследовали их политическую роль. В то же время земские соборы — это орган, пришедший на смену вечу…» [6]. В 1611 году Земский собор принял документ, который определял его значение как постоянного верховного государственного органа с законодательными и исполнительными прерогативами. Соборы собирались не только царем, но и в его отсутствие. Строгих правил формирования их состава не существовало. Например, до середины XVI века в соборе важно было участие представителей тех или иных областей государства, что расценивалось как представительство «земли». Норма выборов могла не определяться, и выбиралось «по колку человек пригоже». Численное соотношение разных групп, очевидно, играло значительно меньшую роль, чем престиж участников собора. Своих выборных посылали дворяне и посадские люди. На соборе могли участвовать, кроме духовенства, боярства и дворянства, также дьячество и купечество. В грамоте 1613 года говорилось об участии «казаков и стрельцов», а также имелось туманное упоминание о «всяких уездных людях». Крестьянство в соборе практически не участвовало. В 1613 году из 700 участников было двое крестьян. Присутствие крестьян отмечалось на соборе 1682 года. Поглощенность крестьян локальными интересами мешала этому количественно самому мощному слою участвовать в решении государственных дел. Земский собор не терял свой статус, несмотря на то, что его представительный состав мог резко сужаться. Он мог состоять из представителей одной Москвы. В глазах современников это ничего не меняло, так как Москва всегда «указывала всем городам», тогда как другие города никогда «не указывали». Впрочем, не все были с этим согласны.

Принятие решений собором, как и древним вечем, определялось непосредственным столкновением престижей его участников. В соборе могли иметь место стычки и насилие. В ряде случаев выборная часть побеждала бояр, например, на соборе 1681–1682 годов.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

КАК ОБРАЩАТЬСЯ ДРУГ К ДРУГУ: «ТЫ» или «ВЫ»

Из книги Азбука хорошего тона автора Подгайская А. Л.

КАК ОБРАЩАТЬСЯ ДРУГ К ДРУГУ: «ТЫ» или «ВЫ» В прежние времена писались целые трактаты о том, как люди должны обращаться друг к другу. В наши дни этот вопрос уже не кажется таким сложным.На «ты» обычно обращаются друг к другу родственники, друзья, сослуживцы-приятели и дети;


ЧИТАВШИЕ, ОСТАВЬТЕ УПОВАНЬЯ

Из книги Поэты и цари автора Новодворская Валерия

ЧИТАВШИЕ, ОСТАВЬТЕ УПОВАНЬЯ Мир давно прочел русскую классику и даже защитил по ней ряд диссертаций (в спецодежде и перчатках, приняв все меры предосторожности, чтобы не заразиться избыточной духовностью и не остаться без крова, без штанов и без куска хлеба, тем более что


Глава 6: Кровопийцы, или тяготы воспитания

Из книги Настольная книга манипулятора автора Сурженко Леонид Анатольевич

Глава 6: Кровопийцы, или тяготы воспитания Вы говорите: – Дети нас утомляют. Вы правы. Вы поясняете: – Надо опускаться до их понятий. Опускаться, наклоняться, сгибаться, сжиматься. Ошибаетесь. Не от этого мы устаём. А оттого, что надо подниматься до их чувств. Подниматься,


Друг человека

Из книги От добермана до хулигана. Из имен собственных в нарицательные автора Блау Марк Григорьевич

Друг человека Редьярд Киплинг в основном правильно перечислил животных, одомашненных еще в древнейшие времена, и собака справедливо числится первой в этом перечне. Она живет с человеком 13–15 тысяч лет. Охота и охрана – вот главная собачья работа.За века было выведено


Свои люди — сочтемся

Из книги 100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 2 автора Соува Дон Б

Свои люди — сочтемся Автор: Александр ОстровскийГод и место первой публикации: 1850, МоскваОпубликовано: в журнале «Москвитянин»Литературная форма: пьесаСОДЕРЖАНИЕКомедия в четырех действиях посвящена быту московской купеческой среды. Действие происходит в доме


Контролируйте свои чувства

Из книги Наблюдая за китайцами. Скрытые правила поведения автора Маслов Алексей Александрович

Контролируйте свои чувства Контроль над своими чувствами, способность не проявлять их на публике и особенно во время переговоров очень высоко ценится в Китае.В свою очередь также никогда не показывайте свои чувства в деловой практике, в том числе и чувство


Глава XXIV «…дали друг другу слово, что первый из них, кто умрет, придет к другому и принесет ему вести из загробного мира »{1}

Из книги Повседневная жизнь дворянства пушкинской поры. Приметы и суеверия. автора Лаврентьева Елена Владимировна

Глава XXIV «…дали друг другу слово, что первый из них, кто умрет, придет к другому и принесет ему вести из загробного


Конец вражды

Из книги Герои до встречи с писателем автора Белоусов Роман Сергеевич

Конец вражды Целое столетие минуло с тех пор, как герой Доде начал свою жизнь на страницах знаменитой книги. Но пришел он сюда из жизни и из фольклора, будучи народным типом, которого, как говорил Анатоль Франс, все знают и который всем близок, ибо он — еще и потомок героев


ЭПОХА ВРАЖДЫ И МЕСТИ

Из книги Старобурятская живопись автора Гумилев Лев Николаевич

ЭПОХА ВРАЖДЫ И МЕСТИ Царь овладел властью, и снова начался расцвет буддизма в Тибете. Открылись кумирни; на площади Лхасы был устроен диспут между сторонниками культа бон и буддизма, причем последние, конечно, победили, но обошлись с побежденными милостиво: сожжена была


Обращение мирян друг к другу

Из книги В церкви автора Жалпанова Линиза Жувановна

Обращение мирян друг к другу Все верующие во Христа являются братьями и сестрами. Поэтому в церкви часто принято обращаться друг к другу «брат» или «сестра», хотя и не так часто, как в церквях на Западе. Когда христианин обращается к собранию верующих, он говорит: «Братья и


ДВОРЯНЕ – ВСЕ РОДНЯ ДРУГ ДРУГУ

Из книги Как воспитывали русского дворянина автора Муравьева Ольга Сергеевна

ДВОРЯНЕ – ВСЕ РОДНЯ ДРУГ ДРУГУ А. А. Блок. Возмездие. «Поглядишь на теперешних отцов, и кажется, что не так уж плохо быть сиротой, а поглядишь на сыновей, так кажется, что не так уж плохо оставаться бездетным.» Честерфилд. Письма к сыну. И нравственные нормы, и правила


ПАДЕЖИ МЕШАЮТ ДРУГ ДРУГУ

Из книги Как говорить правильно: Заметки о культуре русской речи автора Головин Борис Николаевич

ПАДЕЖИ МЕШАЮТ ДРУГ ДРУГУ Как бы вы восприняли такую, например, фразу: В науке о языке не возникало необходимости организации дела изучения скопления падежей? Вероятно, не приняли бы ее всерьез: очень уж она «не по-русски» построена, очень уж тяжеловесна и трудна для