Двадцать лет спустя штаны

Двадцать лет спустя штаны

В дни двадцатилетия Пятого («судьбоносного») съезда Союза кинематографистов СССР я не хочу вспоминать о нем, поскольку все, кто там был, уже многократно повторили то, что помнили. И про эйфорию, и про нормальное поначалу течение съезда, проходившего в Кремлевском дворце 13–15 мая 1986 года, и про ругань в адрес руководителя Союза Льва Кулиджанова, и про обструкцию Бондарчуку, и про Никиту Михалкова, вставшего на защиту Сергея Федоровича… Это все вещи известные, и чем они закончились — тоже памятно. Лучше я по случаю юбилея самого яркого события ранней перестройки (а так оно и было, если не считать Чернобыля, о котором тогда говорили куда меньше, чем о съезде) немного пофантазирую.

Пофантазирую я, если не возражаете, о 40-летии этого съезда. О, допустим, Десятом съезде кинематографистов уже России (Шестой прошел в октябре 2004-го, так что лет через двадцать Десятый вполне вероятен). Я думаю, это опять случится в Кремлевском дворце, на волне очередной перестройки. Не знаю, правда, что именно взорвется за месяц до того, знаменуя собою начало очередного реформаторского цикла российской истории, — но это и не принципиально. Интеллигенция все равно будет больше интересоваться съездом, поскольку его радиационное излучение тоже окажется сильно. Как в прошлый раз.

Генеральный секретарь «Единой России», молодой и, говорят, прогрессивный, пришлет съезду отеческое приветствие и понадеется на гражданскую активность кинематографистов.

Поначалу все будет идти гладко. До тех пор, пока престарелый, но еще жовиальный Иван Охлобыстин не взберется на трибуну, не поднимет в руке наперсный крест и не возопит в зал: валяйте, оттянемся, братия, теперь опять можно, аминь! И тогда начнется. Жертвы захлебнувшейся оттепели 1986–2000 гг. потянутся на сцену демонстрировать гнойные раны, трясти рубищем и перечислять погубленные проекты. Десять лет пылится на полке шедевр Охлобыстина «Приход» — киноэпопея о молодом священнике, практикующем героин. Зарублены этической цензурой под руководством депутата Чуева второй и третий фильмы кинотрилогии Ивана Дыховичного («Вдох-выдох» еще как-то проскочил, а «Взад-вперед» и «Вниз-вверх» пылятся в Белых Столбах). Так и не вышли к зрителю «Лед» И.Хржановского и В.Сорокина, «Вагина, или Как я разлюбила» Ренаты Литвиновой, «Бобруйская элегия», «Токийская трилогия» и «Арабская симфония» Ю.Арабова и А.Сокурова, «Упал самолет» и «Утоп пароход» В.Абдрашитова и А.Миндадзе, «Еще история», «Другая история» и «А вот еще тоже было» неутомимо снимающей Киры Муратовой, удостоенной к 80-летию ордена (бывшей) Дружбы народов пятой степени… Из-за хронического противодействия бюрократических структур не может завершить работу над эпопеей «Трудно быть богом» классик нашего кинематографа Алексей Герман, приславший съезду видеописьмо с проклятиями… Письмо привез Алексей Герман-младший, прибывший в Россию после 20-летнего перерыва: из-за нечеловеческого цензурного прессинга прославленный мастер вынужден был после успеха «Гарпастума» работать за рубежом, главным образом в Италии и Франции. Его последний фильм «Совсем как папа!» удостоен приза ФИПРЕССИ на Каннском кинофестивале, а самого режиссера зал встретил десятиминутной овацией. К сожалению, не смогли прибыть занятые в голливудских проектах Чулпан Хаматова, Павел Санаев, Константин Хабенский, Михаил Пореченков, Евгений Миронов, Петр Буслов. Все они прислали в адрес съезда приветственные письма с выражением самой искренней надежды на то, что очередной съезд Союза кинематографистов примет очередные судьбоносные решения и что их лично все это уже никак не коснется.

С приветственным словом выступил на съезде Никита Михалков, согнанный с трибуны свистом и улюлюканьем. «Что вы делаете! — воскликнул Николай Бурляев. — Вы сгоняете с трибуны гения отечественного кинематографа, постановщика таких картин, как „Утомленные солнцем-2“, „Сибирский цирюльник-2“, „Окончание пьесы для механического пианино“, автобиографического цикла „Как на духу“, документальной дилогии „Ваше высокопревосходительство“ и „Ваше высокопреосвященство“!» Слова Бурляева потонули в ропоте зала. Такой же обструкции подвергся и Федор Бондарчук. «Это с твоей „Роты“ все началось, Федька!» — отважно бросили ему в лицо товарищи по бывшей золотой молодежи. «Братцы, да я разве нарочно? Я же чисто по заказу!» — виновато оправдывался кумир московской тусовки. «Все по заказу! — жестко заявили коллеги. — Но зачем ты старался, скотина?!» Единогласно исключены из Союза кинематографистов В.Лукин (постановщик фильма «Прорыв», 2006 г.), А.Балабанов (постановщик фильма «Гнида», 2007 г.), Ю.Грымов (признанный основатель стиля «патриотический гламур») и В.Манский (автор документального цикла «Кремлевская летопись»). Овацией встречены делегаты Пятого («судьбоносного») съезда Союза кинематографистов СССР. Сергей Соловьев, которого вкатили на сцену восторженные молодые поклонники, не мог сдержать слез.

Валерий Тодоровский в своем выступлении убедительно обосновал необходимость повернуться лицом к зрителю. «Довольно лакировки!» — поддержал друга Д. Месхиев, вынужденный в последние годы зарабатывать учебными фильмами для московских школ, поскольку после принципиального отказа снять фильм «Наши» — победоносное продолжение фильма «Свои» — он был фактически вытеснен из профессии. На экране практически не получают отражения такие темы, как криминализация общества, тотальная коррупция, насилие в органах, нищета населения и анальный секс. Съезд торжественно завершился обращением к правительству с требованием снести Кремлевскую стену, в которой, несмотря ни на что, все еще покоится прах Сталина. Вместо государственного гимна делегаты завершили съезд коллективными плясками и садомазохистской оргией на сцене Кремлевского дворца. Есть основания полагать, что эта оргия продлится теперь еще 10 лет, после чего Федор Бондарчук примет извинения коллег и возглавит конфедерацию союзов кинематографистов Москвы, Петербурга, Татарии и вольного города Пскова.

16 мая 2006 года

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Пифагоровы штаны

Из книги От добермана до хулигана. Из имен собственных в нарицательные автора Блау Марк Григорьевич

Пифагоровы штаны О том, что «пифагоровы штаны во все стороны равны», знали еще дореволюционные гимназисты, они-то и сочинили эту стихотворную шпаргалку. Да что там гимназисты! Наверное, уже великому Ломоносову, изучавшему геометрию в своей Славяно-греко-латинской


Танэгасима – 500 лет спустя

Из книги Исторические байки автора Налбандян Карен Эдуардович

Танэгасима – 500 лет спустя 1542 год. Три португальца терпят крушение у берегов острова Танэгасима. Европейцы оказываются в Японии. У европейцев имеются аркебузы. Японцы с огнестрельным оружием незнакомы и, теоретически, должны с воплями валиться ниц при первых же


Тысячу лет спустя

Из книги Крылатые слова автора Максимов Сергей Васильевич

Тысячу лет спустя Документ 1…у нас много территории, страна наша велика и богата, населения много, хлеба всегда будет в избытке. […] Чего же у нас не хватает? Не хватает порядка и дисциплины в ротах, полках, дивизиях, в танковых частях, в авиаэскадрильях. В этом теперь наш


Байки атомного проекта 1. "И сшиты не по-русски зелёные штаны"

Из книги Календарь. Разговоры о главном автора Быков Дмитрий Львович

Байки атомного проекта 1. "И сшиты не по-русски зелёные штаны" 1943 год. Нью-Мексико.Собирают народ под Манхэттенский проект.Внезапно радостный вопль часового с проходной: "Мы тут шпиена заловили! Врёт, что капитан, а у самого погоны полковничьи. И ваще форма


СПУСТЯ РУКАВА

Из книги Статьи из газеты «Известия» автора Быков Дмитрий Львович


ЗАКОНЫ ПРИРОДЫ, или 150 ЛЕТ СПУСТЯ

Из книги Повседневная жизнь этрусков автора Эргон Жак

ЗАКОНЫ ПРИРОДЫ, или 150 ЛЕТ СПУСТЯ 22 июня 1858 года Александр Дюма-пер шагнул на санкт-петербургский берег, о котором он столь долго мечтал и на который его двадцать лет кряду не пускал покойный император Николай Павлович. Добрейший был человек — другой бы за «Учителя


Законы природы, или 150 лет спустя

Из книги Цивилизация классической Европы автора Шоню Пьер

Законы природы, или 150 лет спустя 150 лет назад, 22 июня 1858 года, Александр Дюма-пер шагнул на санкт-петербургский берег, о котором он столь долго мечтал и на который его 20 лет кряду не пускал покойный император Николай Павлович. Добрейший был человек — другой бы за «Учителя


Десять лет спустя

Из книги Германия. Пиво, сосиски и кожаные штаны автора Вольф Наталья


ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ФРАНЦУЗСКОМУ ИЗДАНИЮ

Из книги Что значит быть студентом: Работы 1995-2002 годов автора Марков Алексей Ростиславович

ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ФРАНЦУЗСКОМУ ИЗДАНИЮ Мне доставляет удовольствие несколькими словами предварить второе, упрощенное, но вполне адекватное издание «Цивилизации классической Европы», возвращающее актуальность книге, к которой я по-прежнему


ТРИДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ: ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Из книги Мы — славяне! автора Семенова Мария Васильевна

ТРИДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ: ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ Книга эта была написана 30 лет назад, когда и мир, и джаз были иными. Первое ее издание, отпечатанное на ротапринте тиражом 70 экземпляров, появилось в самиздате. Тираж этот показателен. В середине 70-х в Советском Союзе было не более ста


Штаны

Из книги Политическая история брюк автора Бар Кристин


Люди и книги: одиннадцать лет спустя

Из книги автора

Люди и книги: одиннадцать лет спустя Советский народ в брежневские времена газеты гордо называли самой читающей нацией в мире. Возможно, это и на самом деле было так, хотя при этом индекс запрещенных книг включал в себя тысячи наименований – сюда мог попасть любой автор,