Увидеть себя

Увидеть себя

1655 лет назад, 13 ноября 354 года, родился величайший писатель христианской эпохи Августин Аврелий. Достигнув сорокалетия, он приступил к работе над тринадцатью книгами своей «Исповеди».

Философские воззрения бл. Августина, его полемика с христианскими ересями, в особенности с манихеями и пелагианами, его представления о времени и пространстве и даже его теодицея — героическая попытка представить зло «недостаточным добром» остаются достоянием историков философии и вряд ли взволнуют сегодняшнего читателя. Случай Августина чем-то похож на случай, простите за аналогию, Черчилля, считавшегося величайшим политиком ХХ века, а Нобеля получившего за литературу. Бл. Августин был гениальным прозаиком, автором самого убедительного свидетельства о пути интеллектуала к Богу, о том, как душа описывает неизбежный для всякого круг: начинает с детских, интуитивно усвоенных правил, страстно сомневается в них, яростно отрицает — и возвращается к тому же самому на новом витке, пройдя искусы интеллекта и плоти, холодного умствования и угождения телу. Все попытки достичь благодати в общедоступных наслаждениях заканчиваются разочарованием, умственные изыски и абстрактные построения — отчаянием; никто точнее Августина не описал феномен депрессии, когда отвращение к жизни сочетается со страхом смерти (кн. 4, гл. 6).

Августин открыл изумительно простой, непосредственный и горячий стиль диалога с Богом, диалога совершенно на равных, что проистекает из особенностей его весьма уважительного взгляда на человека — как-никак истина постижима. «Им показалось вероятным, что истину найти нельзя, а мне кажется вероятным, что можно», — смиренно и без иронии замечает он в сочинении «Против академиков». Значит, возможен и диалог на общем языке, без излишнего самоуничижения — как же мне, малому и грешному, понять тебя, столь великого, и т. д. Весь знаменитый зачин «Исповеди» — возможно ли мне, такому-сякому — как раз приводит к удивительно обаятельному выводу: возможно. На то и законы твои, чтобы я их понимал, на то и творение, чтобы свидетельствовать о Творце, — и потому диалог Августина с Богом настолько лишен самоуничижения и подобострастия, настолько местами забытовлен: «Я написал две-три книги о красоте и целесообразности, — Боже, ты знаешь, а у меня они затерялись, не знаю как». То есть посмотри там у себя, где все учитывается, а я куда-то их запропастил, подумаешь, двумя книгами меньше, двумя больше. Вот за эту интонацию, определившую, не шутя, всю гуманистическую традицию мировой словесности, он и заслуживает названия величайшего из писателей — ибо это не меньшая заслуга, чем описание пути к Богу, общего практически для всех, хотя индивидуализированного в драгоценных частностях.

Богоискатель у Августина попадает в положение детектива в романе Хьортсберга «Падший ангел» (более известного по фильму Паркера «Сердце ангела»): ему предстоит найти самого себя. Чем повсюду искать — и часто не находить — доказательства бытия Божия, не лучше ль на себя, кума, оборотиться; чем вечно бичевать свои пороки и грехи — не лучшим ли стимулом для усовершенствования будет ясное понимание того, что ты подобие Божье, представитель его на Земле, исполнитель его задач? Чем вечно порицать в себе слишком человеческое — не лучше ли разглядеть и расчистить божественное? Ключевая фраза в «Исповеди» содержится во второй главе книги пятой: «Я не находил себя; как же было найти Тебя!». Это место часто цитируется в блестящей, по-моему, интерпретации Андрея Кураева («Икона и иноки»): «Господи, если бы я увидел себя, я бы увидел Тебя».

Бл. Августин актуален для нас по множеству параметров — в частности, по тому, который так точно обозначил Евгений Трубецкой: «Сын развратного африканца-язычника и христианской святой, Августин во всей своей жизни остается двойственным порождением язычества и христианства, которые борются в нем до конца его жизни, не будучи в состоянии совершенно преодолеть одно другое». Не усмотрите здесь кощунства — это сказано не столько об Августине, сколько о русском социализме, незаконном сыне европейского христианства и азиатского язычества, в котором они боролись точно так же; и если для современников это было невыносимо, то для культуры оказалось так же благотворно, как благотворна для прозы Августина его невыносимо сложная, полная кризисов внутренняя жизнь. Эта борьба идет в России и посейчас, хотя, как все процессы, ушла в глубину; ее почти не видно, но это не значит, что ее нет. Однако самым актуальным во всем его наследии — и самым, сказал бы я, стимулирующим — является для меня вот этот страстный призыв к самому себе: найди себя — и найдешь Бога.

Замечательный братский прозаик Александр Кузьменков опубликовал недавно ехидный афоризм: «До чего же мы боимся самих себя! Масса уловок — от пасьянсов до компьютерных игр — придумана лишь затем, чтобы человек не столкнулся лицом к лицу с собой. Стало быть, есть чего пугаться…» Посылка верна — спорен вывод: пугаться как раз совершенно нечего. Но если человек «столкнется с собой» — он увидит Бога, а тогда ведь придется вести себя соответственно. На такие требования к себе мы в расслабленном своем состоянии никак не можем согласиться, и у Августина это состояние тоже описано — «размышления мои о Тебе походили на попытки тех, кто хочет проснуться, но, одолеваемые глубоким сном, вновь в него погружаются. Человек обычно медлит стряхнуть сон: члены его отяжелели, сон уже неприятен, и, однако, он спит и спит, хотя пришла уже пора вставать» (кн. 8, гл. 5). Кто-нибудь непременно усмотрит здесь призыв к социальной активности, но я имею в виду лишь душевную. Скажу больше: ничего особенно ужасного такой самоанализ не выявил бы. Он выявил бы прекрасное, но как дальше жить с этим прекрасным, впадая в нравственный компромисс на каждом шагу? Самоуничижение гораздо удобнее. Червь-животина, поношение человеков, способен терпеть начальника-идиота, врать, притворствовать, потворствовать — с него и спрос невелик; вот почему отдельные официальные церковники предпочитают подчеркивать греховность, малость, ничтожность человека. Такой человек для власти неопасен, для любой эпохи удобен: с него какой спрос? Но человек Августина, свободно беседующий с Богом и нашедший в себе доказательства его бытия, ни за что не позволит вытирать о себя ноги, потому что он видит в этом оскорбление Господа. И он прав.

Когда мы позволяем себя унижать — мы унижаем Бога. Когда мы позволяем лгать себе и грабить себя — мы лжем Богу и грабим его. Когда на наших глазах откровенное, наглое, распоясавшееся, сознающее себя и любующееся собой зло глумится и регочет, поплевывая на окружающих, — мы делаем Бога бессильным и выдумываем оправдания его невмешательству, хотя он давно уже вмешался, приведя сюда нас и вложив каждому нравственный компас. Ведь все мы на уровне аксиомы, с рождения, по христианской природе души знаем, что хорошо и что плохо, а если заставляем себя забывать об этом, то исключительно потому, что надо же оправдывать собственное бездействие. Между тем каждое наше свинство бросает обратный рефлекс на Того, кто нас создал, — Бог расплачивается за сомнительные дела образа и подобия своего; страшно сказать — человек Августина отвечает за Бога. Дмитрий Шушарин, объясняя как-то подростку мировоззрение Августина, обронил в шутку: «Помни, не только человек богоподобен, но и Бог антропоморфен»; думаю, доля шутки здесь невелика.

Вот почему «Исповедь» блаженного Августина из Гиппона пребывает в числе любимейших моих книг, а все лучшее, что написано человечеством в последующие 1615 лет, кажется мне прямо вытекающим из нее.

11 ноября 2009 года

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ЕГО НИГДЕ НЕЛЬЗЯ УВИДЕТЬ

Из книги Эссе, статьи, рецензии автора Москвина Татьяна Владимировна

ЕГО НИГДЕ НЕЛЬЗЯ УВИДЕТЬ Сегодня любая статья про Олега Меньшикова (далее именуется сокращенным, а, может быть, полным именем О.М.) начинается с того, что он нигде не появляется, редко дает интервью и живет уединенной жизнью самой заправской звезды.Наконец-то. Как гласит


ЗНАЙ СЕБЯ

Из книги «Матрица» как философия автора Ирвин Уильям


Как узнать себя

Из книги На свидании автора Новикова Ирина Николаевна

Как узнать себя Как известно, прежде чем строить отношения, в том числе и интимные, следует хорошо узнать себя.Этот тест поможет вам это сделать.1. Вы считаете, что мимика и жесты – это…а) не подготовленное заранее выражение чувств и внутреннего состояния человека в


Любите ли вы себя

Из книги Исторические байки автора Налбандян Карен Эдуардович

Любите ли вы себя Ответьте «да» или «нет» на приведенные ниже вопросы.1. Довольны ли вы собой? («да» – 5, «нет» – 0)2. Считаете ли, что ваша жизнь не сложилась? («да» – 0, «нет» – 5)3. Совершая какой-либо поступок, думаете ли вы о реакции на него окружающих? («да» – 0, «нет» –


4. Лучше один раз увидеть…

Из книги Шаг в профессию автора Голубовский Борис

4. Лучше один раз увидеть… 1944 год. Июль. Где-то во Франции.Генерал Паттон обнаруживает остановившуюся бронетанковую дивизию. Что, на его, Паттона, взгляд – оксюморон и головотяпство. Потому как бронетанковым дивизиям на вражеской территории надлежит находиться только в


УВИДЕТЬ ТО, ЧЕГО ЕЩЕ НЕТ!

Из книги Наблюдая за китайцами. Скрытые правила поведения автора Маслов Алексей Александрович


Презентуйте себя

Из книги Календарь. Разговоры о главном автора Быков Дмитрий Львович

Презентуйте себя Искусство визитной карточки Визитная карточка – это нечто настолько существенное для китайцев, что искусство создания и обращения с этими кусочками картона надо изучать отдельно. Стоит заметить, что это – отнюдь не традиционное «китайское искусство»,


УВИДЕТЬ СЕБЯ

Из книги Год быка--MMIX автора Романов Роман Романович

УВИДЕТЬ СЕБЯ 13 ноября 354 года, родился величайший писатель христианской эпохи Августин Аврелий, достигнув сорокалетия, он приступил к работе над тринадцатью книгами своей «Исповеди», которую и закончил четыре года спустя.Философские воззрения Бл. Августина, его


Увидеть невидимое

Из книги «Крушение кумиров», или Одоление соблазнов автора Кантор Владимир Карлович

Увидеть невидимое «Себя Маргарита видеть не могла, но она хорошо видела, как изменился мастер. Волосы его белели теперь при луне и сзади собирались в косу, и она летела по ветру».В отсут­ствие описания преоб­ражён­ной Маргариты начнём с завершён­ного портрета мастера. К


5. Видеть и увидеть…

Из книги Повседневная жизнь паломников в Мекке [Maxima-Library] автора Слиман Зегидур

5. Видеть и увидеть… Соловьев провидел двойное крушение Европы: сначала от удара кочевых азиатских орд, а потом — от антихриста: сначала силой, а потом ложью и обманом. Но в истории эти два момента совместились: насилие, а также ложь и обман пошли рядом, рядом пошло и


Глава 16 Увидеть Мекку и умереть

Из книги Рассказы о Москве и москвичах во все времена [Maxima-Library] автора Репин Леонид Борисович

Глава 16 Увидеть Мекку и умереть Умереть и быть похороненным в Мекке — вот заветная мечта любого уважающего себя мусульманина. Что бы только он ни отдал, лишь бы оставить тело именно здесь. С этой точки зрения история хаджа похожа на массовую резню, которая регулярно


С Воробьевых гор можно увидеть всю Москву и даже ее прошлое

Из книги Демон театральности автора Евреинов Николай Николаевич

С Воробьевых гор можно увидеть всю Москву и даже ее прошлое Отсюда, с высоты в сто метров, Москва почти вся открывается. Но это, конечно, не тот город, который в окоеме может вместиться. И все равно, стоя здесь, не избавиться от мысли, что весь город перед тобой. Сколько