Другой поэт

Другой поэт

15 лет назад, 15 декабря 1994 года, в Харькове скоропостижно умер Борис Чичибабин. Был ему 71 год, и жизнь его по русским меркам может считаться хоть и не благополучной, но — счастливой: он не сгинул ни на войне, ни в лагере, пройдя и через войну, и через лагерь, не спился в глухие годы непечатания, не стал официальным советским литератором, хотя в 60-е издавался, в 45 встретил главную любовь своей жизни, Лилю, ныне верную хранительницу его памяти, а в последние годы познал славу и государственное признание. Правда, слава совпала с тягчайшим разочарованием в тех самых переменах, о которых Чичибабин всю жизнь мечтал: распад СССР он воспринял как трагическую ошибку, в благотворные перспективы нуворишества не верил и чувствовал себя под конец едва ли не более одиноким, чем во времена непризнания.

На всех этапах своей судьбы Чичибабин оставался «типичным представителем» советской интеллигенции, и биография у него типичная, и посмертная участь — тоже: чтут, но мало читают. Чичибабинские чтения в Харькове собирают примерно один и тот же круг, для местной русскоязычной поэзии — отдушина, но на статус чичибабинского наследия это мероприятие влияет мало: кто любил — любит и так. В то же время еще при жизни Чичибабина стало хорошим тоном отзываться о нем скептически: его называли то гениальным графоманом, то просто посредственным стихотворцем, и вот с этим, воля ваша, согласиться никак невозможно. Хотя основания для такой оценки, что греха таить, есть. Дело даже не в том, что Чичибабин зачастую многословен, — Бродскому длинноты прощаются, хотя и у него полно стихов откровенно скучных и тавтологичных. Бывал и риторичен — но и земляк его Слуцкий часто риторичен, это жанр такой, не беда. Есть у него еще один грех — избыток культурологии, хрестоматийности. Ранние стихи у него гуще, ярче поздних, но кто ж виноват, что его в 23-летнем возрасте так подсекли. То есть кто виноват — понятно, но толку-то?

При всех этих пороках чичибабинской поэзии, при все чаще случавшихся у него под старость повторениях очевидного и агитации за все хорошее (а чем еще может поэт останавливать распад?) — высоко ценить его большинству коллег и новому поколению читателей мешают не эти издержки меры и вкуса, поскольку сами ценители у нас не бог весть какие эстеты. Высоко оценить Чичибабина мешает его простота, здоровье и жизнерадостность — грубо говоря, то, что он был чрезвычайно хорошим человеком. Поэту такое не положено. И транслировал он ценности большинства (тогда это было именно большинством), и писал человеческим языком, и даже когда весьма точно и жестко отзывался о России — например, «Скучая трудом, лютовала во блуде», — это не превращало его в мизантропа и не означало разочарования в соотечественниках. Да, случалось ему бросить: «Не верю в то, что руссы любили и дерзали. Одни врали и трусы живут в моей державе». Но ведь под горячую руку, да еще в легком подпитии — «Опохмеляюсь горькой, закусываю килькой», — говорилось на кухнях и не такое. Чичибабин не создал трагического лирического героя, не изобретал себе имиджа, ни секунды не любовался собой и сам понимал, насколько уязвима такая позиция: «А хуже всех я выдумал себя». Хороший человек — не профессия, хороший поэт — не амплуа.

Что скрывать, дорогие соотечественники, поэт чичибабинского склада сегодня почти не имеет шансов на успех. Он останется знаменем сравнительно небольшой кучки литераторов, поднимающих его на знамя, и гордостью харьковчан (превращение Чичибабина в достопримечательность Харькова, на мой взгляд, тоже не приближает нас к пониманию его поэзии — виртуозной и в лучших образцах весьма неоднозначной). В нем нет дэ-э-эмонизма — главного, чего требуют от искусства в эпохи упадка. Он не был ни роковой женщиной, ни подпольным типом, ни буяном, ни странником, ни скандалистом, ни разрушителем женских судеб, ни проповедником хаоса и злобы. Он был добрым и смиренным человеком, любящим хорошую литературу и не способным ко лжи; пьющим, но скромно, скандалящим, но не безобразно, страстно любящим, но жену. И в стихах его живет именно чистая и здоровая душа, сохранить которую, конечно, подвиг по меркам ХХ века, но почти преступление по меркам истинного эстета. Если б Чичибабин озлобился, спился, уехал или забросил поэзию и при этом сочинил побольше зауми, ему бы не было цены.

Тем не менее он прожил так, как прожил, и написал благодаря этому одно из лучших стихотворений ХХ века — «Ночью черниговской с гор араратских», более известное по рефрену «Скачут лошадки Бориса и Глеба»:

«Ночью черниговской с гор араратских,

Шерсткой ушей доставая до неба,

Чад упасая от милостынь братских,

Скачут лошадки Бориса и Глеба»…

Его тоже можно было бы сократить, наверное. Или украсить каким-нибудь жестоким парадоксом. Или даже вообще не писать. Но вот Чичибабин его написал, и плевать ему было на всех снобов независимо от политической, эстетической или сексуальной ориентации. Думаю, что это и есть самая плодотворная позиция для человека, которого природа на своем пиру обнесла душевной болезнью, эгоцентризмом и нравственной неразборчивостью.

14 декабря 2009 года

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ДРУГОЙ НОВЫЙ МИРОВОЙ ПОРЯДОК

Из книги Боги нового тысячелетия [с иллюстрациями] автора Элфорд Алан

ДРУГОЙ НОВЫЙ МИРОВОЙ ПОРЯДОК В то время, как в Америке дикие животные истребляли людей, Вавилонское царство находилось при последнем издыхании. Его последний правитель Набонид взошел на трон в 555 году до РХ. В обстановке всеобщего разочарования, несомненно вызванного


Другой стиль ведения бизнеса

Из книги Наблюдая за китайцами. Скрытые правила поведения автора Маслов Алексей Александрович

Другой стиль ведения бизнеса Если вы едете на переговоры в Западную Европу или США, вы можете вообще ничего не знать ни об истории этих стран, ни об их самобытной культуре. Некоторые тонкости ведения бизнеса можно объяснить за пару дней, а любое агентство по сопровождению


Другой поэт

Из книги Статьи из газеты «Известия» автора Быков Дмитрий Львович

Другой поэт 15 лет назад, 15 декабря 1994 года, в Харькове скоропостижно умер Борис Чичибабин. Был ему 71 год, и жизнь его по русским меркам может считаться хоть и не благополучной, но — счастливой: он не сгинул ни на войне, ни в лагере, пройдя и через войну, и через лагерь, не


4. Пушкин и Веневитинов: «Поэт» / «Поэт»

Из книги Психодиахронологика: Психоистория русской литературы от романтизма до наших дней [Maxima-Library] автора Смирнов Игорь Павлович

4. Пушкин и Веневитинов: «Поэт» / «Поэт» 4.1. В пушкинском «Поэте» aemulatio почти не захватывает план выражения, будучи в основном проблемно-тематической интертекстуальной установкой стихотворения.Пушкинский «Поэт» (1827) перекликается с «Поэтом» Веневитинова (1826)


Спи, глазок, спи, другой, – не буди лихо…

Из книги Знаем ли мы свои любимые сказки? Тайны и секреты сказочных произведений. О том, как сказки приходят к людям из прошлого и настоящего автора Коровина Елена Анатольевна

Спи, глазок, спи, другой, – не буди лихо… Начнем с самого простого. Оказывается, именно эту сказку, из всех волшебных, прежде всего любят слушать дети с самого раннего возраста. Эту, а не, например, «Царевну-лягушку», которую, правда, потом скопом обожают в предшкольном


Другой

Из книги Шут и Иов автора Лебедев Игорь Александрович

Другой «Плотский образ Иисуса нам неизвестен», — сообщал Св. Иреней Лионский уже у конце II века. «Мы совершенно не знаем лица Его», — уверял и Блаженный Августин. Антонин-Мученик, паломник VI в., вспоминает, что не мог увидеть, как следует лика на одной нерукотворной иконе


Одна краше другой

Из книги Дочери Дагестана автора Гаджиев Булач Имадутдинович

Одна краше другой 3 ноября 1819 года у Бавтугая в небольшой схватке А. П. Ермолов одолел Ахмет-хана Аварского. Хан поспешно отступил в горы, а Алексей Петрович, проехав широкую степь, повернул от моря направо в Тарки к шамхалу Тарковскому.Здесь в честь гостя был устроен прием.


15/ Другой коммунизм?

Из книги Параллельные общества [Две тысячи лет добровольных сегрегаций — от секты ессеев до анархистских сквотов] автора Михалыч Сергей

15/ Другой коммунизм? Пятьсот лет назад в захваченном анабаптистами городе Мюнстере, переименованном ими в Небесный Иерусалим, всем жителям было приказано снять замки с дверей и ворот, а все ключи от этих замков сложить огромной кучей перед ратушей. Из этих ключей новая


18/ Другой коммунизм в США

Из книги Когда рыбы встречают птиц. Люди, книги, кино автора Чанцев Александр Владимирович

18/ Другой коммунизм в США Вторая половина XIX века — бум создания всевозможных экспериментальных общин и коммун по всему миру. Причиной тому первая волна разочарований в капитализме, с одной стороны, и в больших общенациональных революциях — с другой. В США, например, во


20/ Другой коммунизм в российской империи

Из книги Фракталы городской культуры автора Николаева Елена Валентиновна

20/ Другой коммунизм в российской империи В России это делали прежде всего народники и толстовцы, соблазненные мечтой о естественной жизни и свободном духовном поиске в духе идей Льва Николаевича, понимавшего Христа по-протестантски, то есть прежде всего как земного


Другой: культурные рекурсии

Из книги автора

Другой: культурные рекурсии Нельзя не сказать об особой культурной рекурсии на Постаменте, которая была индуцирована и названием проекта «One & Other» (Один и Другой), и собственной субъектностью участников. Прямые референции к Другому возникали, когда «постаментщик»