Pity pas, или Бодрствующая красавица

Pity pas, или Бодрствующая красавица

В связи с нарастающим суверенитетом российской политики, культуры и общественной жизни возникает нужда в новых (точнее, подзабытых старых) трактовках некоторых событий и фигур. Сценарии похищения радио у нашего Попова руками подлого Маркони, а также описания козней, чинимых Ломоносову ихним Лавуазье, отработаны еще в 40-х годах прошлого столетия, в ходе борьбы с низкопоклонством. Но кое-кто остался в тени. Возьмем, например, мало кем замеченный юбилей одного события 160-летней давности: в середине июня в столицу российской империи прибыл балетмейстер-неудачник, международный авантюрист Мариус Петипа.

Свою сомнительную карьеру будущий растлитель русского балета начал в низкопробных заведениях портового Марселя, где развлекал невзыскательную публику дешевыми ужимками и прыжками. За это и получил кличку Pity pas, что в переводе с англо-французского означает «жалкое па». Не преуспев во Франции, Петипа обратил свои взоры на Россию, всегда чересчур доверчивую к иноземным хищникам. Россия в те годы уверенно поднималась с колен под мудрым, истинно рыцарским руководством Николая Павловича, любовно прозванного в народе Палкиным за уверенную расправу с дестабилизаторами, — и служила приманкой для хищников всякого рода, зарившихся на ее сырьевые ресурсы. Увы, опытные специалисты из Третьего отделения были чересчур мягкосердечны и не сумели поставить заслон даже на пути растленных геев А. де Кюстина и Ж.Дантеса: первый навеки подорвал нам пиар в глазах Европы, второй разрядил в солнце нашей поэзии пистолет, коварно наведенный мировой закулисой. На волне доверчивого внимания ко всякого рода международным проходимцам в Россию пустили и Петипа. Обманом втершись в доверие к балетмейстеру императорских театров, он получил главные роли в нескольких постановках.

Нет сомнения, что Петипа осуществлял в Петербурге главным образом шпионские задачи. Для связи со своими нечистоплотными хозяевами он выбрал отель француза Ж. Кулона, где и остановился (вместо того чтобы сразу нанять квартиру у русских хозяев или въехать в гостиницу «Октябрьская», которой тогда, правда, не было, но это ничего). Современники вспоминают, что Петипа «любил гулять по Петербургу» и «любоваться его красотами» — спрашивается, зачем гулять и присматриваться к красотам, если ты не шпион? Во время прогулок Петипа «не расставался с записной книжкой», куда «заносил пришедшие ему в голову хореографические фигуры»: о, знаем мы эти хореографические фигуры! Если ты хореограф — сиди в театре и рисуй, а записные книжки с собой носит знаешь кто? Нет сомнения, что разразившаяся вскоре Крымская война, в которой Англия и Франция объединились против уверенно растущей России, была проиграна не в последнюю очередь из-за подлого шпионажа так называемого балетмейстера. История умалчивает, бывал ли Петипа в Крыму в период подготовки к войне, но тот факт, что он в 1910 г. умер в Гурзуфе, говорит о многом.

Естественно, шпионажем «балетмейстер» не ограничивался. Его задачей было растление русского национального искусства. Именно с «легкой» руки Петипа в наш русский танец вошли всякого рода сомнительные термины: фуэте, па-де-де и прочая фуагра, глубоко чуждая нашему народу. Вместо русского национального балета Императорские театры заполнялись «Пахитами» и «Корсарами», не отражавшими ни роста российской экономики, ни стремительного взлета национального самосознания. Коварно став главным балетмейстером, Петипа умышленно привел на сцену персонажей бездуховной «Сатанеллы» и эротически-разнузданной «Дочери фараона», но не осуществил ни одного балета на русскую тему и на отечественном материале. С характерной для иноземца ненавистью ко всему нашему, национальному, духовному, гречневому он извратил образ России в балете «Спящая красавица», намекая на стабилизаторскую роль мудрого Александра III, при котором страна и вправду оказалась погружена в благодетельный сон, но кому ж от этого было хуже! Петипа категорически не допускал в свои «балеты» ни одного русского национального танца, тогда как испанскими и немецкими дивертисментами насыщал что попало — первым исключением стало «Лебединое озеро», где русская пляска все-таки выглядит короче остальных. Впрочем, что спрашивать с «балетмейстера», не удосужившегося за 60 лет пребывания в России толком выучить русский язык!

Лишь бесконечной добротой начальства разных уровней можно объяснить чудовищный факт, что место главного балетмейстера Петипа занимал целых 40 лет (1862–1902 гг.), да и потом вмешивался в работу театра. Только энергичный протест молодого, истинно русского балетмейстера М.Фокина привел к ослаблению позиций престарелого шпиона, продолжавшего наполнять русскую сцену эротическими фантазиями. Трудно сомневаться, что и досадный проигрыш в русско-японской войне был делом рук французского информатора, а русский военный успех 1877 г. в противостоянии туркам объяснялся главным образом тем, что Петипа в это время отвлекся и несколько ослабил шпионскую активность.

Именно благодаря Петипа русский балет надолго стал неконкурентоспособным, застыл в европейских формах, отвергал любое новаторство. Именно Петипа в последние годы работы приметил маленькую Аню Павлову и завербовал, что подтверждается бегством Павловой во Францию после русской революции. Борьба с консервативным, мертвенным и эротически-разнузданным наследием Петипа стала первоочередной задачей советского искусства — но, увы, отдельные ретрограды продолжали и тогда восстанавливать его никому не нужные балеты, в отдельных па которых зашифрована неистребимая ненависть ко всему русскому и информация о наших секретах.

Лишь сегодня, когда Россия уверенно встает (см. выше), можно сказать правду о французском «балетмейстере». Но еще ждут своего часа Растрелли, Росси, Бенуа — все, кто закрыл дорогу к трудоустройству и славе соотечественников, чьи таланты щедро произрастали в России под ласковым солнцем крепостничества.

25 июня 2007 года

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

11 Модная красавица

Из книги Путешествие в историю русского быта автора Короткова Марина Владимировна

11 Модная красавица Время Петра I стало для России эпохой не только реформ в социально–экономической сфере, но и новых мод. Ветер перемен ворвался вместе с указом 1700 г. великого царя, предписывавшим носить новое платье. Широким, длиннополым, с рукавами до пят одеждам


«Красавица моя, вся стать…»: Александр Галич и Борис Пастернак[*]

Из книги Вокруг «Серебряного века» автора Богомолов Николай Алексеевич

«Красавица моя, вся стать…»: Александр Галич и Борис Пастернак[*] Пристрастие Александра Галича к творчеству и его внимание к некоторым обстоятельствам жизни Б. Л. Пастернака хорошо известны. Не вдаваясь в особые подробности, назовем очевидные факты. Стихотворение


Спящая красавица: любовь по-русски

Из книги Знаем ли мы свои любимые сказки? Тайны и секреты сказочных произведений. О том, как сказки приходят к людям из прошлого и настоящего автора Коровина Елена Анатольевна

Спящая красавица: любовь по-русски Ну а теперь поглядим на сказку о Спящей красавице – еще один излюбленный сюжет мировой народной волшебной традиции. В книге «Знаем ли мы свои любимые сказки?» мы уже говорили о том, что у каждого народа есть рассказ о заснувшей


Красавица Бакланова

Из книги Этюды о моде и стиле автора Васильев, (искусствовед) Александр Александрович